1

Соглашайся! Рапортуй об успехах! Пусть идет время, а затем, обязательно появятся препятствия и о твоем докладе забудут в круговороте событий и поступающей информации!

 (Из личных советов Бормана для Отто Скорцени)

                                                                            

Помпео Джеральдино Бартони Лука чувствовал себя постаревшим. Он стал ощущать себя таким совсем недавно, когда очень долго его молодое сердце заставляло не обращать внимания на собственное отражение в зеркалах с сигналами морщин и грустных глаз. И он признавался сам себе, что уже болели ноги, где-то внутри живота больно покалывало после скудных обедов, плохо спалось и тяжело дышалось во время работы. Совсем недавно несколько раз кружилась голова, ноги стояли на полу, а тело оказалось на карусельном крупе лошади со страшной улыбкой, от которой шарахнулись бы все воображаемые дети. ,, Это от недоедания!,,-  подумал он. Помпео стал размышлять о конце его жизни и конце его кукольного театра, заключенного в большой чемодан на двух самодельных колесах. Сам чемодан жил своей жизнью, сопровождая хозяина из одного разрушенного города Германии в другой. Он имел неподражаемый скрип небольших колес, потертости боков и множество названий населенных пунктов, записанных Помпео после выступлений в разных местах. Шел третий месяц весны 1946 года, и кукольник выживал как мог! Его стали посещать мрачные мысли о конце его путешествий, полной расплате за ужасные грехи, завершении представлений для крикливых послевоенных детей и медленном переходе в другие миры. Но то, о чем думал совсем не старый кукольник, не интересовало ровным счетом никого на свете. Таких стареющих мыслителей без позитивного тонуса- половина Земли, когда новое поколение громко скачет и заполняет собой еще неизведанное пространство, а бывшая молодежь мечтает о солнечных теплых днях, приводя машину воспоминаний в действие, меняя кадры прошлого и зная наверняка свое одинаковое будущее на линии уже близкого горизонта. Чем старше люди, тем незаметнее становиться их жизнь, тем меньше они видны на фоне придуманных парков и выдуманных каруселей, где лошади двигаются без перестановки ног и без звона копыт с каменными нарисованными оскалами в никуда. Война, как и положено по всем логикам бытия, закончилась миром, который однажды подготовиться к новой войне по той же самой логике, которая, в свою очередь, снова закончиться новым миром. Та самая замкнутая карусель…, не учится народ ничему… Сумасшедший итальянский позер Бенито, прыгавший по сцене жизни от очередного эксперимента Бога оставил Италию в покое, переломав множество чужих жизней и давно распался мертвым телом на вечно живые атомы в какой-то засыпанной яме без конкретных очертаний, прихватив с собой ни в чем не повинную женщину Клару Петаччи. Многословие очередной паршивой идеи, вихрем пронеслось по миллионам ушей и душ, оставив эхо проклятий и разоренные жизни. Многословия чужих ощущений новой эры растворились, как чайный пар в воздухе кухонь, подтвердив безумие меньшинства и уже тихую кладбищенскую жизнь большинства, разделив остатки живых, на калек, а мертвых, на удобрения дальних полей. Информация новой идеи, личная глупость и выбор, снова сделали свое темное дело, отправив на тот свет огромную массу обманутых мужчин и женщин, желающих жить лучше!

  Как бы там ни было, а война рассосалась по руинам городов и техническим кучам военного металлолома, а сама жизнь продолжалась, потому что ее хоть и хотели отменить, но без воли свыше любая война всего лишь оставалась попыткой обыкновенных людей убивать других обыкновенных людей, из-за тесноты мнений, призрачных маний величия и фанатичного отстаивания футуристических глупостей. Сам Помпео, вытирая пот со лба после очередного кукольного спектакля и ощущая боль в руках надеялся и верил, что секретный отдел Ватикана давно уже забыл о его существовании, что им не до агента- скитальца, пропавшего в большой суматохе наступлений еще два года назад, но все же успевшего улизнуть от русских танков, бывалых, злых пехотинцев и трассирующих пуль в спину. Последний раз, по-особенному его тревожили семь лет назад осенью 1939 года, когда нужно было изображать странствующего католического монаха на территории уже оккупированной немцами Польши. Работать приходилось тихо, вкрадчиво, актерски профессионально, собирая ответы от костела к костелу, беседуя с хитрыми ксёндзами и обсуждая единственную тему -  молитву протестантских и католических священников всех епархий на пятидесятилетие нервно- стареющего Гитлера в 1939 году - ,, Помяни, Господи, нашего Фюрера, чьи тайные устремления лишь тебе известны,, В тот год  и раньше, и позже, его ,, тайные ,, устремления только для дураков являлись секретом. Фарисейство и приспособление к новым адским правилам было налицо! Помпео был осведомлен, что вся католическая оппозиция Гитлеру закончилась после подписания в 1933 году Конкордата между Германией и Ватиканом. Останавливаясь в домах при костелах, обмывая лицо и руки с дороги и разделяя трапезу за беседами у очередного церковного камина, Помпео делал свое дело, никак не относившееся ни к юбилею несчастного ефрейтора Гитлера, ни к новым молитвам, ни к фарисейскому Конкордату 1933 года. Он занимался совсем другими вопросами, порученными ему Антонио Карризи – тайным советником и хранителем подземной канцелярии 14- го километра под Ватиканом, умеющего мыслить на месяц вперед и возглавлявшего работу с насущными секретами большого Братства с учетом человеческого фактора.

Помпео считал себя уже старым для тонкого пилотажа умственной работы, для долгих путешествий и постоянного анализа всех своих поступков, хотя его память работала, как руки молодого часовщика, она помнила почти все за последние тридцать лет тайной работы на Братство. Сколько кадров личного фильма, какой груз для пережившего многое стареющего человека, нет, для едва ли взрослого! Этот внутренний фильм не видел даже его бывший командир Отто Скорцени, с которым он летал на планере спасать задаваку-закартучча Бенито Муссолини, переоценившего свою личность в тайных играх пяти стран. Это ведь он, тогда еще с немецким именем и позывным, посоветовал командиру прихватить на операцию монашеские сутаны с адресами католических приютов. Как командир мог не отметить такое предложение спасения солдат - спецов Отто, привязанное к чужой местности и к святой Вере во спасение от произвола разных судеб? Он отметил, еще как отметил дельную шахматную мысль, не мысль, а настоящий шедевр! Помпео, уже в то время был информирован, что Отто Скорценни на восточном фронте переболел дизентерией и страдал от болей в мочевом пузыре, ему было молчаливо тяжело сидеть в планере и терпеть боль, пряча от солдат ее признаки. Высокий человек с синими глазами, мощным подбородком и светлым шрамом от левого виска до краешка рта, находился где-то в горах Центральной Европы, валил деревья и восстанавливал былую форму, обитая тихо после скорого суда и специально продуманного и подготовленного англо-американского оправдания. Но об этом, невольный –кукольник Помпео знать не мог, он жил другой жизнью, заставляя себя забывать многое, что вовсе не получалось, и все, якобы забытое, всплывало в переполненной памяти, как подводная лодка с высоким заклинившим перископом. Да и как можно было забыть тренировки управления пароходами, самолетами и поездами, уметь чинить все, что могло двигаться, лекции и практику промышленных диверсий, изготовление ядов из подручных средств, парашютные прыжки на воду, на движущийся поезд и на ночной город, рукопашные бои под водой и актерское мастерство пока пригодившееся Помпео больше всего. Нет! Командира со шрамом не выбросить из памяти, это было бесполезно. Перед глазами стоял, как просоленный маяк хладнокровный великан и любимчик самого Адольфа, четко понимающий, кто для Рейха сорняк, а кто целая татуированная дубовая роща на пути следования приказам. Человек носивший золотые часы после спасения Дуче с гравировкой буквы ,, М,, и датой спасения итальянского Вируса ( 12.9.1943). Как такое забыть? Это уже заклинивший перископ собственной памяти! Помпео сидел на стульчике на маленькой сцене и вглядывался в опустевший зал, усыпанный обертками от американских конфет и громкими остатками тишины детского эхо- восторга. Он ощущал пустоту и тоску по старой работе, собственной значимости и осознания своей исключительной полезности для страны, полезности, которая была на бумаге и в торжественных докладах, в двух железных крестах за храбрость, спрятанных в тайной чемоданной щели. Его кресты жили в одном доме с тряпичными и деревянными марионетками, куклами без мозгов, которые всегда спали в чемоданном анабиозе и ничего не знали о прошлом фальшивого кукловода. Он всматривался в пустоту зала, который громко кричал детскими голосами, направляя кукольных героев совершать добро и справедливость. Это потом, сегодняшние дети, а завтрашние взрослые, в другом кукольном театре будут создавать боль и зло, удары и возмездия, месть и ненависть, предательства и выгоду, а сейчас в их возрасте формирования красоты и справедливости, они еще не советовали куклам убивать друг друга, бить палкой злодея, зарезать того, кто много говорил по тексту спектакля, которого, по чужой драматургии, кто-то невидимый и умный определил и одел в витиеватую ложь, в оттенки бескультурья и отклонения от тех самых канонов красоты! Куклы всегда воспринимают мир из вторых рук, не своих. Куклы сделаны на подобие людей с чужой речью и логикой, их можно понять и сделать выводы, как можно понять и сделать выводы общаясь не с куклами, а с людьми. Вот круг и замкнулся, подобное не только лечит подобное, но и заставляет задумываться о себе в тот маленький промежуток времени между рождением и кладбищем, который, некоторые заблудшие души считают вечностью, уходя и не успев расчистить эту свою ,,вечность ,, от грязи.

Вернитесь к альбомной ориентации экрана